«Живи по Уставу — похоронят с честью и славой»

Военный эксперт Международного медиа-холдинга Veterans News и ИА «Ветеранские вести» председатель Центрального Комитета Общероссийского профессионального союза военнослужащих Олег Шведков рассказал о необходимости корректировки правовых норм, касающихся мемориальной деятельности. Об этом сообщают «Ветеранские вести».

…В далёком 2014 году, а затем в 2015-м во исполнение протоколов совещаний у Заместителя Председателя Правительства Российской Федерации было принято решение о разработке законопроекта «О похоронном деле в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Действующий Федеральный Закон 1996 года «О погребении и похоронном деле» уже не мог регулировать имеющие место факты неуважения к памяти умерших, проблемы коррупции и вымогательства, навязывания гражданам дорогостоящих услуг и предметов ритуального назначения, недобросовестного осуществления деятельности в сфере похоронного дела.

Перед авторами законопроекта ставилась задача — обеспечить единый подход к регулированию в похоронной отрасли, установлению общих для всей страны принципов похоронной отрасли, правил и требований к оказанию ритуальных услуг, порядка погребения, создания и содержания объектов похоронного назначения, порядка признания мест захоронений брошенными и т.д. Казалось бы, нужный, важный закон.

Закон, касающийся каждого россиянина, который закончит свой жизненный путь на родине, а не рядом со своей виллой в какой-нибудь Англии или Испании. Закон своевременный, ведь  постоянно в  СМИ освещаются факты перестрелок на кладбищах при переделе рынка похоронных услуг, многочисленные драки родственников умерших с «похоронщиками», наплевательское отношение отдельных руководителей к захоронениям, в том числе и к воинским. А  о скольких фактах ещё не знает общественность.

Так какой же путь прошел законопроект за полдесятилетия? В ответе на мое имя, подписанном Заместителем Директора Департамента стратегических проектов Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации А.Н. Огурцова сказано, что указанный законопроект «неоднократно обсуждался заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и организациями на площадке Минстроя (именно в недрах этого министерства находится группа авторов) и в Аппарате Правительства РФ, в Общественном совете министерства.

В связи с социальной направленностью законопроект прорабатывался с учетом мнения Русской Православной церкви и экспертного сообщества. И наконец- то 29 апреля 2019 года внесен в Правительство Российской Федерации. «Непостижимая» скорость на фоне молниеносных решений по пенсионному законодательству или «трёхдневному» голосованию гражданами страны…

На мой запрос от 6 августа 2020 года  уже в Правительство о сроках дальнейшего движения законопроекта я пока получил уведомление из Аппарата Правительства, что мое обращение зачем-то перенаправлено обратно в Минстрой.

Зная порядок прохождения законов, можно с уверенностью сказать — в Государственную Думу он попадет не раньше, чем в конце 2020,  а там уже скопилось более 1200 законопроектов, которые собрались рассмотреть на этой сессии. Пока по нему организуют парламентские слушания, различные «чтения», в конце концов, примут и потом передадут коллегам в верхнюю палату, то,  может быть, в 2023-2024 годах он попадет под перо Президента России.

А пока нас будут хоронить по-старому

Может возникнуть вопрос — почему военный профсоюз озаботился данным законопроектом?

Во-первых, в официальном ответе Минобороны на моё имя, подписанном Заместителем Директора Департамента социальных гарантий П.А.Олюшиным, говорится, что вышеуказанный законопроект «на рассмотрение и согласование не поступал».  Эту же информацию мне подтвердил и бывший начальник Управления МО РФ по увековечиванию памяти погибших при защите Отечества. То есть одно из ведущих министерств в вопросах организации похоронного дела в обсуждении законопроекта не участвовало.

Во-вторых, в ходе общения с руководителями ряда компаний-лидеров рынка похоронных услуг, таких как Военно-мемориальная компания, ГК «Ритуал.РУ»,  ЗАО «Ритуал-сервис» и другими я убедился , что они так же не привлекались к обсуждению данного законопроекта. Конечно, это не критично, потому что самое эффективное обсуждение происходит на стадии обсуждения нормативного акта в Государственной Думе. Но вот затягивание с самим принятием закона — это уже критично.

Критично, потому что мы постоянно сталкиваемся с ситуацией, когда государство не в состоянии гарантировать обеспечение полного объёма ритуальных услуг и как следствие мемориальных услуг в рамках правового поля. Этот тезис,  к сожалению, распространяется и на проблемы погребения военнослужащих и граждан уволенных с военной службы.

Ряд примеров, которые можно назвать типовыми

Несколько лет назад в Курской области в одном из райцентров, удаленном от столицы региона, хоронили Героя Советского Союза, военного  ветерана Великой Отечественной войны. В соответствии с нормативными документами обряд захоронения должен сопровождаться прощальным салютом и участием в нём военного оркестра. На похороны заслуженного человека, героя собрались сотни людей. А вот с почётным караулом вышла осечка. Не смог военком области организовать участие караула в торжественной ритуальной процедуре. И как ни странно, я его понял и его позицию поддержал. В этот день в самом Курске проходило несколько похорон, участие в которых караульного подразделения было запланировано.

Но главная причина в другом — отправить почти на полдня вооружённое подразделение более чем за 100 км — это реальная «головная боль» для военного руководителя. Сегодня многие ритуальные компании на своих сайтах предлагают родственникам умерших военнослужащих якобы полный спектр ритуальных услуг, предусмотренный законодательством, в том числе оркестр и почётный караул. И всем понятно, насколько «взлетает ценник» за погребение «человека в погонах», и можно догадываться, как регулируется участие военных подразделений в данном ритуале.

Так почему бы «силовым» министерствам и ведомствам не создать свои, а лучше одну на всех военно-мемориальную компанию, которая могла бы обеспечить организацию похорон служивых со всеми полагающимися почестями на всей территории России, в том числе и с привлечением военно-исторических клубов с их экипировкой, оружием для отдачи последних почестей. И не надо здесь ссылаться на антимонопольное законодательство.

Лично я знаю десятки компаний, которые в тех или иных сферах экономики являются едиными поставщиками услуг для многих министерств. Да и у того же Министерства обороны накоплен колоссальный многолетний опыт взаимодействия с Военно-мемориальной компанией. Опыт, который, к сожалению, не получил дальнейшего развития. Как рассказал мне Генеральный директор ВМК Шелягов О.В., сотрудничество осуществлялось в рамках подписанного соглашения о взаимодействии, но носило очень точечный характер, хотя потенциал компании позволяет обеспечить весь спектр ритуальных услуг для защитника Отечества.

Меня как руководителя профсоюза волнует и другой вопрос, связанный с несовершенством законодательства в похоронной сфере. Уже боле двух лет я участвую в «тяжбе» между руководителем группы «Поиск», членом Адыгейской организации нашего профсоюза Гусейновой М.А и военным комиссаром Республики Адыгея. Суть проблемы заключается в субъективизме военного чиновника.

С 2006 года  поисковики-волонтёры разыскивали  на муниципальных кладбищах заброшенные могилы воинов — участников Великой Отечественной войны. Согласно Постановления Правительства Российской Федерации от 06.05.1994 года №460 данные захоронения попадают под программу увековечивания их памяти. Нормативка предусматривает, что  если у умершего по какой-либо причине  родственники или законные представители не организовали и не осуществили погребение погибшего (умершего), то это может быть исполнено «иным лицом, взявшим на себя обязанность осуществить погребение умершего». Это положение распространяется и на приведение в порядок захоронения и установку памятника.

Осуществив работу по поиску, приведению в порядок могилы, изготовлению памятника это «иное лицо» предоставляет в военный комиссариат набор документов, в соответствии с которым производится компенсация понесенных затрат. Важно то, что военный комиссариат проверяет наличие родственников у умершего, чтобы исключить возможные конфликтные ситуации.

Так вот «Поиском» было приведено в порядок несколько сотен могил. Соответствующие расходы были компенсированы из бюджета в рамках предусмотренных нормативными документами сумм.

Но назначенный в 2017 году на должность Военного комиссара республики полковник Аверин А.В., в отличие от многих своих предшественников и коллег из других регионов, неожиданно  «озаботился» якобы предпринимательским следом в этом виде деятельности и отказал в компенсации расходов по белее чем четырём десяткам восстановленных могил ветеранов.

К сожалению, не прописанное детально  изложение статей о погребении данной категории граждан в действующем законодательстве дает возможность ретивым чиновникам остановить эту благородную деятельность. Сегодня в республике никто не решается восстанавливать заброшенные могилы ветеранов войны.

Несовершенство действующего законодательства порождает и такие ситуации как скандалы вокруг крупной братской могилы в Истринском районе, куда оказались втянуты многие общественные организации, в том числе и наш профсоюз, на Лесном кладбище во Владивостоке, на Песьяновском кладбище в Артемовске Свердловской области и т.д.

Мы привыкли, что многие законы рассматриваются в Государственной Думе годами, но совсем не понятно, почему Минстрою понадобилось почти 5 лет, чтобы подготовить законопроект по столь актуальному вопросу, и почему более года он без движения лежит в Правительстве? А ведь и сам законопроект нуждается в серьезной доработке. Юристами профсоюза под руководством моего заместителя Тарлавина Ю.А. он был подвергнут тщательному анализу и в нем был выявлен ряд недостатков, которые затрагивают интересы военнослужащих.

Мы не согласны, что в законопроекте исключено понятие «погибший при защите Отечества», а введено понятие «умерший». Казалось бы, суть одна, но ведь значительно снижается статус именно погибшего в бою, его социально-общественное значение. С учётом принятых изменений в Конституцию РФ необходимо пересмотреть статью о примате международных договоров над положениями данного закона.

Наверное, необходимо дополнить перечень объектов захоронения понятиями «могила Неизвестного солдата», «мавзолей» «некрополь», «пантеон». Надо предусмотреть в статье «Кладбища» «место для размещения почётного караула» и даже «место для заряжания-разряжания оружия». Нет в законопроекте освещения проблемы «бесхозных могил», ликвидации подобных захоронений, и определения сроков для существования захоронений. В общем законодателям есть над чем поработать. А субъекту законодательной инициативы необходимо ускорить её воплощение в реальность.